Домашняя страница: сайты, записная книжка и фотоальбом

15/11/2020

Пропаганда об стенку

Заметка Андрей Сорокина с сайта «Sponsr»


Об особенностях идеологического противостояния в эпоху хайпа

Сегодня, когда из всех пропагандистских утюгов в Россию тычут Навальным (Белоруссией, Украиной, Скрипалём, Крымом, допингом и даже лекарством от ковида), нам опять как никогда горько от того, что нас не любят и теснят в информационной войне. У них — неистовый гвалт, у нас — молчание или беспомощное отнекивание.

«Вот это глупое „величественное молчание“ — это родовая травма российской государственности. Тотальный проигрыш в идеологической и репутационной сфере, который пытаются прикрыть дутым достоинством и военной силой... Чисто чиновный пафос: „Да кто они такие, чтоб я им отвечал?!“ ...А потом за провалы, за отсутствие денег у „политологов на сайты“ приходится платить в десятикратном размере», — тревожится телеграм-публицистика, особо убедительно обосновывая необходимость «денег политологам на сайты».

Да, за державу обидно, особенно за имидж. Давайте разбираться, что и где именно обидно.

Первое, что надо понимать: никакого «нашего ответа Керзону» никакой «Керзон» не ждёт.

Враждебная пропаганда сама по себе не направлена «против России». И даже не нам адресована. Она адресована собственной аудитории — как информационное и моральное обоснование текущей враждебной политики по отношению к России. Там любой публичный ответ из России независимо от содержания и убедительности объективно нужен только как подстава, как «сеанс магии с последующим разоблачением» и новым градусом нагона. Медийная реальность создана без нас, и нам в ней по сценарию отведена роль обвиняемого, а не собеседника.

Ведь никто же не берёт в голову наши основательные и справедливые разоблачения «фальсификаций истории». Уж по части-то Второй мировой войны и её итогов — навалом объективной информации: и кто как воевал, и кто где гадил, и кто победил, и что из этого вышло. Ан нет: клевещут себе и клевещут, игнорируя и факты, и здравый смысл, и даже инстинкт самосохранения, по правде говоря. Потому что Вторая мировая — это несущая историко-культурная конструкция нынешнего миропорядка, да и вообще практически всех существующих на планете национальных идентичностей. Если стоит задача нового передела, то этот код надо взломать и заменить контрафактом — искусственной конструкцией из говна и палок, но соответствующей актуальной генеральной линии.

Можно даже сказать, что в кампании внутризападной антироссийской пропаганды весьма велика доля национального самовнушения. А самовнушение — оно по определению иррационально и отторгает любые разумные контраргументы.

Второе: теоретически российская внешняя контрпропаганда должна быть направлена туда же — адресоваться не официальным органам, а рядовым гражданам вероятного противника. По науке-то внешняя контрпропаганда в информационной войне выполняет диверсионные задачи.

Ну, хотя бы для симметрии. Ведь побочный эффект информационной войны против России — это смятение в умах и чувствах российской аудитории. Никто ведь не отменял старинный «обычай на Руси — слушать ночью Би-Би-Си». Это наша национальная особенность. Действительно, есть такое свойство, особенно в «просвещённых сословиях»: всё заграничное однозначно трактуется как единственно верное, как образец для соответствия, как высшая инстанция оценки и признания. Позавчера мы ровно об этом говорили применительно к культурным элитам, — но в равной степени относится и к политическим, и к деловым, и... к медийно-пропагандистским. Заметьте, именно они, а не вражьи голоса добросовестно разгоняют волну истерик и ущербности по нашим бескрайним просторам. Зачастую с этого и кормятся.

Естественно предположить, что аналогичная благодарная аудитория есть и у нашей пропаганды на Западе. Убедительным свидетельством можно считать успехи Russia Today и Sputnik, а также неустанные политические гонения на них. Кстати, демонстративные гонения тоже являются элементом информационной войны и образа «русской агрессии». То есть наши рупоры внешней пропаганды одновременно выполняют для Запада ту же функцию жупелов, что и злобные клеветники у нас: олицетворяют коварные замыслы неприятеля.

Но у вероятного противника есть свои национальные особенности. Они не такие, как у нас. Там демократия. А демократия — это такая специальная удобная штука, которая по определению исключает какое бы то ни было влияние т. н. «общественного мнения» на принятие политических решений. Какие бы гуманитарные симпатии к России ни питали рядовые американцы, немцы или поляки, — пониманию и реализации назначенных сверху национальных интересов США, Германии или Польши от этого ни холодно, ни жарко. Ну, разве только подзуживать тамошние народные массы на антиправительственные восстания, — но сами оцените реалистичность и результативность такой затеи. Тем более, там с этим и без нас справляются — не успеваем изумляться.

Но в среднем по больнице надо признать: добрая пророссийская пропаганда — это товар, не больно-то востребованный широкими слоями обывателей зарубежных стран. Их картинка мира заботливо и терпеливо сформирована местными СМИ, глобальным Голливудом и другими продавцами уютных иллюзий. С этой картинкой люди сжились — и к чему им без нужды раздражать себя какими-то другими альтернативными правдами?

Третье: если пропаганда суть оружие информационной войны, то нужны средства доставки его на театр боевых действий. То есть как-то донести своё правдивое слово до аудитории.

Про это нет нужды даже долго говорить. Все коммуникационные мощности современного мира принадлежат нашему противнику. Поэтому Russia Today и Sputnik шлют возмущённые челобитные о свободе слова в заграничные инстанции, когда их тупо банят на ютубе, на фейсбуке или в твиттере. Эка невидаль: там даже Трампа банят — хотя да, он же русский шпион, всё логично.

И это естественно. Информационные свободы, независимые СМИ и независимые медийные платформы существуют только в воображении непуганых русских интеллигентов — да и то, признаться, не без лукавства. На войне ни один нормальный командующий не подбросит до своего тыла вражескую диверсионную группу и не обеспечит ей комфортные условия для подрывной деятельности.

И, наконец, четвёртое: а что доставлять-то будем? Какую альтернативную картинку мира, какую свою правду покажем?

Нынешнюю идеологическую войну мы называем «идеологической» чисто по привычке ХХ века — века конкуренции двух глобальных цивилизационных проектов. И даже тогда противоборствующие пропаганды не утомляли заграничную аудиторию заунывными лекциями о марксизме-ленинизме или, наоборот, империалистической буржуазной демократии. За достоинства каждого из «двух образов жизни» говорили его деяния, символы и факты действительности. С нашей стороны — триумфальные пятилетки и Победа, Большой театр и хоккейная «Красная машина», Т-34 и Гагарин. С их стороны тоже было чем похвастаться. Конкуренция есть конкуренция. Но с обеих сторон набор неоспоримых ярких частностей объединялся цельностью проектных характеристик — их и принято называть «идеологией».

Строго говоря, «идеология» повсюду сегодня чисто формально одна — научно поспорить не с кем и не о чем. Мы все живём в рамках как бы победившего либерально-буржуазного глобального проекта.

Фишка в том, что вслед за советским проектом валится и он — и мы при этом присутствуем, что называется, в прямом эфире.

При этом текущая антироссийская пропаганда наших международных партнёров апеллирует к догмам именно этого проекта, изрядно сдобренным националистически-империалистическими ценностями века аж позапрошлого.

Но и «наш ответ Керзону» дисциплинированно держится в тех же рамках. С учётом деградирующего влияния на умы и нравы современных чудес коммуникационных технологий, «ответ» не просто обессмысливается, но технически утомителен. Поскольку доминирующий творческий метод медийного ремесла — хайп, спекуляции и фейки, — то мы со своей правдой жизни по-идиотски выглядим. Пока мы обстоятельно и подробно разоблачаем очередной наброс на вентилятор, — он вылетает из топов, оставив неизгладимый отпечаток «общеизвестности», а с той стороны уже десяток новых летит. Не успеваешь отстреливаться — да это и физически невозможно. Хотя, конечно, для самопиара отдельных патриотов так и надо.

То есть сегодня, в момент крушения нынешнего догматического порядка вещей, наши фактические аргументы (и Крымский мост, и пилюля от ковида, и даже собственно Крым) заиграют только будучи увязанными в актуальный цивилизационный проект — альтернативный, прикладной, суверенный, но в известной мере универсальный, заменяющий собой трагически уходящую натуру. И вот такая «идеология постдемократии» должна откуда-то взяться.

И самое главное. Все вышеизложенные соображения нужно теперь развернуть не на внешний фронт, а вовнутрь — для организации крепкого тыла. Не только патриотизмом, но внятным разъяснением сущего и желаемого привлечь на свою сторону собственных граждан. Для этого всего-то и нужна не вторичная «послезападная» повестка, а суверенная информационная политика — содержательная, ценностная, технологическая.

15.11.2020

Андрей Сорокин
«Sponsr»


Запись сделана 15/11/2020

Навигация по записной книжке:

Поиск по сайту

Навигация по сайту: