Домашняя страница: сайты, записная книжка и фотоальбом

Африканский ребёнок и молдавский пенсионер совершают исторический выбор

Заметка Виктора Мараховского с сайта «Sponsr»


Сегодня, ув. друзья, для нас нет ничего актуальней 20-литровой канистры на голове восьмилетней девочки.

Вообще-то я заготовил на сегодня вдумчивый текст о массовых социальных драмах завтрашнего дня, на которые обрекают нас (а, вернее, самое юное поколение наших современников) сегодняшние тенденции.

Но новости, прибывшие ночью из полумифической южной страны, заставляют нас вернуться к судьбам стран, обречённых на неограниченно долгую бедность, но не желающих об этом даже заикаться.

Вчера, в связи с судьбами кавказских республик, я упомянул о проблеме «отсутствия ресурсного кролика», которого в рамках экономического чуда пытаются извлечь многие государства из шляпы передовых реформ.

Сегодня стало известно, что в республике Молдавия (вернее, том, что от неё осталось к концу 2020 года) вновь прошли исторические выборы и сменилась внешнеполитическая ориентация.

Тут я не выдержу, ув. друзья, и припомню вкратце:

Сегодня ночью его сменила гарвардская выпускница Санду, которая выступает против коррупции и России, за европейскую интеграцию и так далее.

За всей этой беготнёй масок дель арте (судя по СМИ – не очень-то скрываясь) боксируют местные олигархи, периодически выпинывающие друг друга то в изгнание, то под уголовные дела; активисты некоммерческих организаций и просто шпионы; кто-то из прозападных менеджеров внезапно за один раз крадёт миллиард, или десятую часть ВВП страны, вывозит его на Запад и его не могут найти; по пятницам происходят бархатные революции и так далее.

Попытка разобраться в том, кто за кем стоит в Реальной Теневой Молдавии, боюсь, заведомо обречена для нас на провал, а главное, не имеет никакого смысла, потому что сам предмет обсуждения стремительно исчезает из объективной реальности.

В 1991 году в Молдавской ССР проживали почти 4,4 млн жителей (тогда, правда, от неё ещё не отвалилось Приднестровье).

В 2014 году переписи населения удалось застать на месте 2,5 млн жителей. Ещё около 330 тысяч, по словам домашних, находились в это время за рубежом.

С учётом индекса фертильности (1,2 ребёнка на женщину, один из худших показателей в мире) и продолжающегося все эти годы миграционного оттока населения (по оценке предыдущего президента, около 100+ человек в сутки) я бы не стал оценивать общую численность наличного населения Молдавии на закате 2020 года более чем в два миллиона довольно пожилых душ – да и это, возможно, слишком оптимистичная оценка.

Молдавия является беднейшей (если только её не обогнала опять в этом потном марафоне Украина) страной европейского континента, живёт на импорте, туристы в неё почти не заглядывают. Самое яркое событие, просматривающееся в грядущем данной территории, – это гипотетический аншлюс с Румынией (хотя местному микро-олигархату, занятому, думается, контрабандой, такая идея может претить, а Румыния в лице Молдавии получит не столько ресурс, сколько крупную расходную статью).

Молдавия, разумеется, сможет стать довольно процветающей страной – если ей добавят три-четыре миллиона молодых жителей и несколько десятков миллиардов евро, чтобы обучить их, а затем построить заводы и туристическую инфраструктуру.

Но я не уверен, что это в состоянии сделать Румыния, сама растерявшая за три десятилетия пятую часть населения и постаревшая (средний возраст жителей 43,2 года).

Фактически – в статусе ли вольного государства или в статусе самой депрессивной румынской провинции – Молдавия в обозримом будущем, боюсь, будет существовать скорее административно, чем в действительности.

В сущности (повторю свою традиционную мысль) для нормального функционирования современной политической нации не так уж необходимо реальное население. Автоматизация приводит к тому, что даже чиновничество может само себе готовить кофе и, соответственно, из оборота выпадают тысячи секретарш. Несколько симпатичных моллов, уборщики верхом на пожилых машинах, почётный караул, парламентские комитеты и канцелярия правительства – вполне в состоянии заменить так называемый народ в современной восточной Европе. Если, разумеется, эта политическая нация является чьим-либо проектом и расходной статьёй.

И вот тут, ув. друзья, начинается самое интересное.

Есть основания полагать, что планируемая к реализации в XXI столетии структура мироздания вообще не предусматривает никаких Молдавий (а также Эстоний, Босний, Украин, Грузий, Сальвадоров и даже, пожалуй, Португалий). То есть шкурки от этих пустых держав будут по-прежнему болтаться на политических ветрах столетия, но народы их по сути сгинут.

Вокруг центров цивилизации образуются своего рода регионы-пустыри (понятно, что это «вокруг» в данном случае весьма условно). Страны, обладающие интеллектуальными, производственными, природными, военными и человеческими ресурсами (подчеркну – действительно обладающие), безусловно будут втягивать в себя с этих пустошей всё годное и за счёт этого поддерживать инфраструктурный лоск.

В итоге посреди восточноевропейской Латверии или Заковии будет стоять большой горноперерабатывающий комбинат (или агрогородок) с персоналом, а вокруг будет звенеть тишина и ветер колыхать ковыль.

Иная судьба ждёт условную Эфиопию/Чад/Афганистан, которые превратятся, надо думать, на обозримые десятилетия в резервуар рабочих рук и рабочих тел на случай, если они понадобятся тут и там в автоматизированном постмире. Кто-то же должен будет, вероятно, добывать пресловутый кобальт в пресловутом Конго детскими руками.

Кстати, дети в этом случае выгоднее машин не только потому, что до совершенства машин далековато, но и потому, что образование где-нибудь «на местности» слишком развитой промышленной инфраструктуры может повлечь неприятные последствия для метрополий. Сначала при этих комбинатах образовываются технические кадры, затем университеты, потом собственные КБ – и вы не успеете произнести «Сокращение образовательного просвета», как вчерашняя колония внезапно сообщает, что пересмотрела договоры и теперь это её кобальт, а её подготовленные на суровом севере офицеры командуют расчётами при каких-нибудь грядущих С-600.

Поэтому, кстати, в списке грантов великого фонда Мелинды и Билла Гейтса для развивающихся стран вы фиг найдёте что-нибудь про построение там современных индустриальных держав. Зато найдёте всё про планирование семьи, сельское хозяйствице, репродуктивное здоровье, СПИД/малярию/туберкулёз, планирование семьи и экологию.

Разумеется, в сегодняшнем мире воинствующего равенства сохранение вкалывающих детей может казаться невозможным.

Но когда в современном мире что-то кажется невозможным – это отличный повод подозревать, что оно как раз возможно.

И на этом месте хотелось бы с гордостью представить текст, написанный по заказу фонда Гейтсов африканской сотрудницей Palladium International и опубликованный в левацкой (!) британской газете Guardian.

Краткое содержание:

  1. Когда я была восьмилетней девочкой, я ежедневно ставила себе на голову 20-литровое ведро с водой и пёрла его за два километра по жаре, а потом помогала готовить кукурузу и чистила рыбу. Прошли годы, но в Африке две трети жителей по-прежнему заняты в производстве еды.
  2. То что вы, белые человеки, называете эксплуатацией, у нас называется приобретением полезных навыков.
  3. Цитата: «Дети, конечно, должны иметь право на образование – но мы не можем говорить мамам и папам, как растить детей и что им делать у себя дома. Понимание разницы между эксплуатацией и передачей жизненных навыков критически важно для сотрудников программ развития при вхождении в любое сообщество. Мы должны принять нечёткие границы и сложность культурных норм. Мир нельзя красить одною краской».

...Повторяю, ув. друзья. Текст написан в левацкой газете и по заказу Гейтсов – передовее просто некуда. С помощью великого риторического приёма «вы не понимаете, это другое» рядом с раскалённой битвой за прогресс, коливинги и трансформацию отживших общественных норм значится:

И да, попробуйте найти в этом тексте что-нибудь о неизбежной индустриализации Африки и превращении оной в место, где вода приходит сама по так называемому водопроводу.

...Если принять это за некоторый образ будущего – то исторические победы и поражения проевропейских или пророссийских сил в тающих пост-государствах нашей бывшей зоны ответственности перестают казаться поводом для чего-либо большего, чем лёгкая грусть.

16.11.2020

Виктор Мараховский
«Sponsr»


Запись сделана 16/11/2020

Навигация по записной книжке:

Поиск по сайту

Навигация по сайту: