Домашняя страница: сайты, записная книжка и фотоальбом

Невидимый подвиг российского медиакласса включает туман войны

Заметка Виктора Мараховского с сайта «Sponsr»


Сегодня для нас нет ничего актуальней Ваканды.

Если бы у меня спросили, ув. друзья, что является главной уязвимостью американского глобального лидерства в информационную эпоху — я назвал бы, пожалуй, повсеместное знакомство человечества с английским языком и американской массовой культурой.

Звучит несколько парадоксально: многие ещё помнят песню германского ВИА «Раммштайн» Amerika, в которой Америка заполонила всё. В клипе на неё молятся какие-то чабаны в азиатских горах, о ней поют негры среди конических хижин, мы все живём в Америке, повторяют люди всех континентов.

Стоит, однако, помнить, что клип данной группой, тонко чувствовавшей конъюнктуру, был снят в 2004 году и, следовательно, отражал накопившийся к началу нулевых конец истории. ВВП Китая был вдесятеро меньше нынешнего, ВВП России вчетверо, ВВП самой Америки превосходил их суммарно раз в шесть. США находились с миром ещё в состоянии односторонней ковровой бомбардировки (военно-медийной: эта форма взаимоотношений была хорошо, хотя и несколько запоздало выражена в образе летающего дрона изпелевинского романа S.N.U.F.F., который нёс одновременно ракеты и телекамеры). Противников просто не существовало: Россия официально считалась развалинами, КНР добродушно именовалась сборочным цехом, занятым пошивом нижнего белья и сбором розовых пластмассовых игрушек для гегемона.

В той ситуации летающая над миром свора американских супергероев была лишь подспорьем гегемонии.

Сегодняшнее экономическая, военная и технологическая гегемония Америки ослаблена не в воображении карикатурного «российского телезрителя» в майке-алкоголичке, а вполне объективно. И тот факт, что она остаётся носителем международного языка и международного масс-культа, превращается для неё из преимущества в проблему.

Во-первых, будучи носителем международного языка, она всё же не является его правообладателем, что делает её открытой для внешних влияний и всех ветров, дующих над просторами мировых интернетов.

Во-вторых же и в-главных — у неё, если можно так выразиться, включён туман войны в отношении своих конкурентов, а у окружающих выключен. Конкуренты читают Америку без особых затруднений, потому что им не нужен перевод, и недурно представляют себе все её горести, противоречия и амбиции.

Бытовые аналогии всегда глубоко условны, но представим себе человека, в квартире которого установлены неотключаемые камеры, транслирующие, хочет он того или нет, его жизнь всем соседям, коллегам и недоброжелателям. Также они имеют доступ к его дневникам и части его бухгалтерии.

Знание же о самих конкурентах просачивается Америке ровно постольку, поскольку у неё имеются специалисты по персидскому/русскому/китайскому языку и смысловому пространству — и более того, содержание этого знания находится в глубочайшей зависимости от биографий этих специалистов и даже их пристрастий.

В этом смысле неоценимую услугу России, безусловно, оказал и продолжает оказывать русскоязычный медиакласс, живущий либо во внутренней, либо в буквальной эмиграции, подписанный взаимно сам на себя в соцсетях и черпающий повестку из себя же. По понятным причинам именно этот медиакласс является основным источником знания о России для западных новостных агентств, а значит — и СМИ, и работников комитетов, и конгрессменов. То есть тех, кто в конечном счёте формулирует и задачи для разведки.

Благодаря усилиям русскоязычного медиакласса Россия предстаёт перед взглядом проблемного гегемона даже не туманной глыбой, а всё той же развалиной, над которой курится дымок остаточных амбиций.

Русскоязычный медиакласс, поставляющий Россию Западу, в принципе не в состоянии начать передавать ему объективную картину — поскольку само решение трудиться на CNN, BBC или Reuters является глубоко идейным и мировоззренческим. Нельзя стремиться к эмиграции (внутренней или буквальной), не приняв в сердце своё уверенности, что здесь уже всё дурно, ничего не сохранить, Господь, жги. И он будет поставлять именно ту Россию, которую не спасти.

Поэтому, открыв сегодня утром новости о России в CNN ли, в BBC ли, в DW ли — мы видим следующую страну:

Мне кажется, ув. друзья, Россия просто не может желать себе лучшего медийного образа в головах конкурентов.

В упоминавшейся выше супергеройской своре в рамках политкорректности появился относительно недавно африканский супергерой Чёрная Пантера, представляющий страну-невидимку Ваканду, кажется, где-то между Кенией и Эфиопией. Для всех внешних наблюдателей это никому не интересное пастушеское королевство, застрявшее в дикости, однако за пологом мощной иллюзии скрывается африканизированный супертехнологичный диснейленд, в котором чёрный гений далеко обогнал достижения белых людей.

России в этом смысле ещё лучше: ей даже не нужно прятаться, чтобы быть невидимкой. Россия в состоянии не скрываясь выходить на призовые места в мировом судостроении и экспорте сельхозпродукции, развивать себе боевой гиперзвук и мирную нефтехимию, а также приобретать себе страны-клиенты на Ближнем Востоке, в Латинской Америке или в Африке, но благодаря принципиально отрицающему её собственному её же медиаклассу она будет лишь дымиться пожарами, душить свободу и постоянно находиться на грани восстания из-за многотысячных протестов по случаю трагических самосожжений и коварных недоотравлений.

Парадоксальным образом те, кто вполне искренне жаждет принести пользу условной Америке — производят для неё туман войны, за которым от неё прячется действительный мир.

Я читал, что один из первых представителей могучего и повсеместного греческого мира, столкнувшийся с начавшими свою экспансию римлянами — знаменитый Пирр — глядя на легионы противника на поле боя, растерянно заметил:

— Что-то строй у этих варваров кажется мне вовсе не варварским.

Римляне к этому времени отлично знали греческий язык, научились у греков военному искусству (и модифицировали его) и уже потихоньку подчиняли себе города Великой Греции (то есть нынешней Южной Италии и Сицилии).

Но племяннику Александра Македонского никто не докладывал, что это не стереотипная толпа дикарей, разгоняемых на раз-два стройными фалангами.

Поразительно, что сам он, видимо, либо не интересовался противником вообще, ибо не царское это дело, либо получал сведения о нём от тех, кто, желая натравить его на римлян, ласково журчал «дадада, конечно, это просто варвары».

Спустя примерно сотню лет после той встречи на поле боя римский военачальник Тит Квинктий Фламинин вступил на греческую территорию, окончательно добил македонскую гегемонию и «подарил эллинам свободу».

Спустя ещё полстолетия Греция перестала существовать.

08.10.2020

Виктор Мараховский
«Sponsr»


Запись сделана 08/10/2020

Навигация по записной книжке:

Поиск по сайту

Навигация по сайту: